Никогда я не был на Босфоре…

Стихотворение Сергея Есенина из цикла «Персидские мотивы». Дата создания: 1924, опубл.: Заря Востока, 1925, 18 января, № 782; Красная нива, 1925, № 9, 1 марта, с. 204.

Никогда я не был на Босфоре,
Ты меня не спрашивай о нем.
Я в твоих глазах увидел море,
Полыхающее голубым огнем.

Не ходил в Багдад я с караваном,
Не возил я шелк туда и хну.
Наклонись своим красивым станом,
На коленях дай мне отдохнуть.

Или снова, сколько ни проси я,
Для тебя навеки дела нет,
Что в далеком имени — Россия —
Я известный, признанный поэт.

У меня в душе звенит тальянка,
При луне собачий слышу лай.
Разве ты не хочешь, персиянка,
Увидать далекий, синий край?

Я сюда приехал не от скуки —
Ты меня, незримая, звала.
И меня твои лебяжьи руки
Обвивали, словно два крыла.

Я давно ищу в судьбе покоя,
И хоть прошлой жизни не кляну,
Расскажи мне что-нибудь такое
Про твою веселую страну.

Заглуши в душе тоску тальянки,
Напои дыханьем свежих чар,
Чтобы я о дальней северянке
Не вздыхал, не думал, не скучал.

И хотя я не был на Босфоре —
Я тебе придумаю о нем.
Все равно — глаза твои, как море,
Голубым колышутся огнем.

21 декабря 1924

Анализ стихотворения

Стихотворение создано в 1924 году. Поэт молод, но жить ему осталось совсем немного. В эти годы он активно путешествует, в том числе, и по советской России. Планирует попасть и в Иран, увлечен восточной поэзией.

Впрочем, осуществить это желание ему удалось лишь отчасти.

Дух Персии он вполне уловил (и трансформировал на свой лад), но произошло это в путешествии по Кавказу. Грузия и Азербайджан произвели на него глубокое впечатление.

Жанр – смесь любовной лирики и восточной сказки, размер – хорей с перекрестной рифмой, 8 строф.

Лирический герой – сам задумчивый поэт. Начинает он с признания, что на Босфоре не бывал. Но печали в его словах нет, в глазах героини он «увидел море» (простая, теплая метафора).

«Голубым огнем»: типичная есенинская цветопись. Как и синий цвет в 4 строфе, впрочем. Стихотворение переполнено отрицаниями, но резкости в нем нет. Перечислительные градации вереницей переходят из одного четверостишия в другое.

Во второй строфе он, улыбаясь, уверяет, что не видел и Багдада, и вовсе не успешный торговец с караваном верблюдов (это один из примеров рассыпанных в произведении ориентализмов). «На коленях дай мне отдохнуть»: просьба усталого путника, а не пылкого влюбленного.

В третьей строфе – одна из главных тем его поэзии последнего периода. «Признанный поэт»: все верно, но чувствуется в этом выражении и тень грустной иронии.

Метафора «в душе звенит тальянка» вводит в ткань повествования русский колорит.

Интересно, что фамилия Шаганэ созвучна слову «тальянка».

Впрочем, поэт мог и не знать ее фамилию. Череда обращений, риторический вопрос создают атмосферу живого разговора поэта и героини.

«Ищу в судьбе покоя»: он понимает, что они останутся чужими, что девушке неведомы его чувства, причины его столь ранней усталости и разочарований.

Не стремится она и в его любимый «синий край». Он хотел бы излечиться ее «лебяжьими руками». Сравнение: словно два крыла.

«Веселую страну»: незнакомую, шумную, где ему, должно быть, нет и места. «Дальней северянке»: есть версия, что здесь упоминаются отношения поэта с А. Берзинь.

Был момент, когда он планировал ехать в Иран с ней вместе. Кольцо композиции замыкается и возвращается к началу стихотворения. «Я придумаю о нем»: все стихи – в его сердце, источник вдохновения – глаза прекрасной серьезной героини.

Едва ли не все стихи «Персидских мотивов» С. Есенина условно адресованы Шаганэ Тальян, молодой вдове с ребенком, которая стала его другом и музой.

Видео

Слова С. Есенина /// музыка Г. Пономаренко. Вокальная обр. — Б. Шляхтер /// Гитарная обр. — А. Леонов

YouTube